Глеб Васильев /Негин/
Меню сайта
Категории раздела
Мои статьи [5]
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа
Главная » Статьи » Мои статьи

Исправление имён. Народ как «источник власти» и «демократия»

Исправление имён. Народ как «источник власти» и «демократия»

 

Сегодня много говорят о том, что «народ – источник власти» (в Конституции РФ это даже записано, ст.3).

Однако, полагаю, тут надо «разобраться с понятиями».

Что такое «народ»? Народ – это, очевидно, с одной стороны, не некий «этнос» – т.е. племя-народ, сообщество определяющееся прежде всего родовыми («биологическими») связями внутри себя; с другой стороны, народ – это, конечно, не некое всё «население» данной страны.

В общность, именуемую «народом», могут входить представители разных этносов, на основе приобщения к определённой культурной матрице, вживания в неё; это с одной стороны; а с другой – многие входящие в совокупность, называемую «населением страны», могут отнюдь не принадлежать данному народу, т.е. быть совершенно ему чуждыми, чуждыми его культурной матрице.

Народ определяется прежде всего своей культурной матрицей («культурной доминантой», по Л.Н. Гумилёву), с которой самоидентифицируется, своей «системой ценностей», – в отношении к которой формируется в своих «стереотипах поведения».

У нас же, зачастую, происходит смешение (или просто злонамеренная подмена, манипулирующая массовым сознанием) понятий: с одной стороны, «этноса» и «народа», а с другой – «народа» и «населения».

Народ есть некое исторически устойчивое социальное образование, пока он держится в себе, кристаллизуется, определённой культурной матрицей, глубинной системой ценностей.

Как только люди, составлявшие данный народ, отчего-то теряют, предают забвению, эту систему ценностей, эту свою «ценностную матрицу», разобщаются друг от друга и от этой «матрицы», они перестают быть народом, и обращаются в безликую массу (состоящую из атомизированных индивидов), в «население», «электорат» и пр.

Широко распространённая сегодня англосаксонская сказка о происхождении государства (общества), по Гоббсу (например), о том, что, дескать, некогда существовала «война всех против всех», – т.е. все «естественные люди» были априори этакими бесконечно враждебными друг другу «индивидами», – а потом, вот, вдруг, эти люди решили, для своего выживания, объединиться, передать часть своих «прав и свобод» «государству», заключив на этой почве «общественный договор», – есть примитивный миф эпохи первоначального накопления капитала, эпохи активного внедрения и торжества «венецианской» талассократической идеологии, не имеющий никакого отношения к исторической действительности происхождения общества.

Однако вернёмся к теме «народа». Очевидно, что ни «население», ни «масса» не могут быть источником власти. «Население», «масса» и иже с ними – вещи сугубо пассивные, являющиеся исключительно объектами властного (управленческого) на них воздействия, и не могут быть сами по себе чего-либо конструктивного «источником», и уж тем более «источником власти».

Народ же, как мы его определили, может. Потому как в нём есть активное – идеальное («ценностная матрица») – начало.

Идеология народовластия учит о том, что «источником власти» является народ, – и здесь имеется в виду именно та социальная культурная общность людей, которая скреплена, спаяна определённой системой ценностей и идеалов-смыслов; имеется в виду та общность, которая имеет в себе свой этос и держится им.

Этос – своего рода духовная кристаллическая (этическая, нравственная) решётка как человека, так и общества (народа). Этос – духовный стержень как конкретного человека, личности (греч. ηθος), так и народа (греч. εθος) в целом.

Однако ведь, обращу внимание, что и идеология монархическая (самодержавная), в сущности, говорит о том же самом, утверждая, что «источником власти» является Бог. Только заходит она тут с иной стороны: изнутри. От идеалов, ценностей, этоса, – единственным, действительно, метафизическим источником которых является именно Бог.

Народ является «источником власти» в той и только в той мере, в какой актуализированы его идеалы и ценности, его этос. – Т.е. то, что держит и определяет его в целостном состоянии, состоянии народа. Л.А. Тихомиров называет это первичной «волей к порядку» (см. его книгу «Монархическая государственность»).

Может ли быть «источником власти» «население» или потребительская «масса индивидов», целенаправленно лишённая каких-либо идеалов и высших ценностей?

Нет.

Она может быть лишь объектом воздействия на неё этой самой власти, её манипуляций.

Она может, косвенно, быть «источником власти» лишь в том смысле, что будет настоятельно требовать для себя своего подавления от некоей данной, уже существующей, власти. – Дабы не разрушилась хоть какая-то социальная целостность.

Но сама, из себя для себя, породить эту «власть» (т.е. стать её «источником») она никак не сможет.

Итак, резюмируя о «народе как источнике власти»: источником власти является идеальное начало (как активное начало) в народе, которое именно определяет и формирует данный народ, как народ; и такой народ, исходя из этого идеального начала в себе («этоса»)является «источником власти» и создаёт свою государственность, творит свой исторический проект. Масса же индивидов никаких таких «проектов», из себя, порождать не может; она, как «материя», есть сугубый хаос и пассивное началопустое внутри, со своими «частными интересами»; и, очевидно, она не может являться никаким реальным конструктивным источником власти, государственности.

Теперь перейдём к «народовластию», вроде как – к «демократии».

Не устану повторять тезис о принципиальной непригодности наличествующего понятийного аппарата в области гуманитарного знания применительно к России, к российской современной и исторической действительности.

Для адекватного понимания действительности, и уж тем более для сколько-нибудь адекватного управления обществом, необходимо «исправить имена» (вполне по Конфуцию), привести их в соответствие вещам и событиям.

         Разберёмся, в этом отношении, с понятием «демократии».

         Демократия – особенный тип организации правления в обществе, имевший место быть в своё время в античном мире; очевидно, что данная античная «демократия» имеет принципиальные отличия от того, с чем мы имеем дело ныне в западном мире, не говоря уж о том, что таким словом вроде как называется в российской действительности

Античная демократия (от греч. δημος – «чернь», «народ») – буквально, власть нижних слоёв общества, как народного большинства.

И тут есть несколько принципиальных нюансов, определяющих коренное отличие данной классической античной «демократии» от того, что вроде как именуется ею ныне.

Во-первых, «демос» – это не «народ», в том смысле слова, какое можно (и нужно) придавать этому слову («народ»), ежели говорить о нём, как об «источнике власти». И я об этом (см. выше) всё подробно написал. Народ – это носитель определённого этоса, который специфически его, народ, организует и подвигает на создание своего государства. Античный же «демос» – это нечто иное, по смыслу; это скорее, действительно, лишь «низшие слои общества» (не-аристократия), «основная масса населения города» (полиса); и это, в целом, отнюдь не носитель того, что называется государствообразующим этосом; т.е. понятия «народ» и «демос» далеко не совпадают по содержанию.

Поэтому, если мы будем переводить понятие «демос» как «народ» (в смысле «некоего носителя общественного этоса») мы будем элементарно подменять понятия. Со всеми отсюда вытекающими возможностями обмана и манипуляции с терминами.

Во-вторых, в античном мире люди, даже вот «чернь», могли заниматься «политикой» (т.е. «активной общественной жизнью») потому как за них, в значительной степени, работали рабы, и свободные люди имели много свободного времени на то, чтобы достаточно серьёзно погружаться в хитросплетения проблем того общества («полиса»), в котором жили; и этого свободного времени, разумеется, у них было кратно больше, нежели у современного человека, живущего при современном типе капитализма (кратно повышающем меру эксплуатации). Очевидно, что для того, чтобы хоть как-то реально вникнуть в подоплёку проблем окружающего общества, у современного человека нет ни времени, ни сил, – и это ещё не учитывая тот факт, что античному человеку столь активно и целенаправленно не промывали мозги работающие, по большей части, на геополитических врагов его страны СМИ, злонамеренно и целенаправленно выливающие на нас горы информационного мусора; в ту пору просто не существовало подобных «технотронных информационных технологий».

Как вывод: реальной возможности вникнуть в реальное положение дел современного общества, – дабы принимать на этой основе взвешенные социально значимые решения, реально соучаствуя в общественном управлении, – у нашего человека много-много меньше, нежели у его античного «коллеги», и, оттого, он оказывается много-много легко опять-таки манипулируемой единицей в отношении этого общества, со всеми отсюда вытекающими…

Плюс к тому, полагаю, никто не станет возражать, что современный «среднестатистический» человек («по жизни») реально значительно глупее (!) «среднего» античного человека.

В-третьих, античная «демократия» – это тип правления реально работающий (и могущий работать) лишь относительно небольших городов («полисов», сообществ). Где все друг друга хорошо знают; где каждый может, действительно, напрямую, высказать своё наболевшее мнение.

В этой связи, немаловажно ещё раз заметить, что в античной философской традиции тоже нет различения «общества» и «государства» (греч. πολιτεια – «город-государство», «государственное управление», «общество», «общественное управление»), – и подобное, кстати, возможно лишь применительно к очень небольшим, как те же древнегреческие города-государства, сообществам, их самоуправлению.

А вот ежели мы вводим, необходимую для более крупных сообществ, здесь некую систему «представительств», как оно имеет вроде как место быть ныне, то, таким образом, мы принципиально меняем схему. И в такой ситуации, кто создаст себе наилучший пиар, иными словами, у кого окажется больше средств для создания себе подобного пиара и имиджа, того и «выберут» «представителем»; при этом, очевидно, что выбранный таким образом «представитель» будет иметь самое отдалённое отношение к реальным нуждам и интересам своих вроде как «избирателей»; а зачастую, будет иметь интересы прямо им противоположные.

Проще говоря, как только объём общества, при принятии управленческих решений, начинает превышать некий уровень непосредственных возможностей высказаться всем и каждому, так, сразу, ни о какой такой реальной демократии, со всеми её, пусть, даже, недостатками, тут уже и речи быть не может, по определению.

Это будет уже не «демократия», в полном своём классическом смысле слова; и для этого феномена (способа социальной организации) нужно использовать иное понятие. Дабы не было всё того же лукавого обмана и манипуляций; со всеми отсюда опять же вытекающими нехорошими последствиями…

В-четвёртых, данная классическая «демократия» коренным образом отличается и от русского «народовластия». Нельзя античную «демократию» переводить прямо как русское «народовластие». Русское народовластие предполагает а) все слои населения, а не только некие «низы», «чернь», и б) власть, в таком случае (при реальном «народовластии»), принадлежит именно народу, т.е. носителям определённого этоса (социальной системы ценностей), а отнюдь, например, не некоему абстрактному «всему народу» (в смысле, здесь, «населению»), или тем же «социальным низам».

И в этом смысле, опять же не устану повторять, что в русской системе культурных и общественных координат, реальное народовластие реализуется, и может реализовываться, здесь лишь под эгидой самодержавия («Самодержавный принцип»). В этой системе культурных и общественных координат нет никакого противопоставления (к слову, вполне лукаво надуманного) «народовластия» и «самодержавия»; они, самодержавие и народовластие, тут лишь взаимно дополняют и поддерживают друг друга («народная монархия»), дают друг другу возможность взаимного осуществления.

И уж тем более, очевидно, что нынешнюю «демократию» никоим образом нельзя называть «народовластием». Как только, кстати, мы попытаемся дать современному положению дел («либеральной демократии») понятие «народовластия», как сразу обнажится вся его ложь, обман и манипуляция.

Кстати, вот ещё нелепый термин: «либеральная демократия». Поясню, почему нелепый.

Либерализм – это идеология крупного капитала; олигархического и транснационального, по своей природе. Либерализм есть номинализм, спроецированный на экономику и общество; со всеми отсюда вытекающими «принципами»: индивидуализм, частная собственность, «свободное предпринимательство», «права человека» и т.д. Иными словами, проще говоря, либерализм – это идеология, которая принуждает всех людей данного общества играть по тем правилам, которые выгодны именно олигархии; все люди, таким образом, целенаправленно должны, здесь, обращаться в «человека экономического», т.е. – поклонника культа Мамоны, т.е. – человека с весьма суженным мировоззренческим горизонтом («заточенным на «прибыль»»), и, оттого, вполне манипулируемоего (как ослик, перед которым машут булочкой) и покупаемого с потрохами, по определению.

Это идеология, которая целенаправленно обращает людей в «индивидов», т.е. в оторванных от неких «традиционных» культурных и социальных общностей (общин, семьи и т.д.) существ; и, таким образом отчужденные, оторванные, эти люди («индивиды-атомы»), опять-таки, обращаются в элементарно манипулируемую массу, – поскольку лишаются всякой защиты со стороны тех же сообществ и культуры, в которых они более не укоренены, а, напротив – обращены, теперь, злонамеренно и целенаправленно, в «пыль по лучу» (в «массового индивида», «рабочую силу», «потребителя»), становясь лёгкой добычей всё тех же политтехнологов («демагогов», кормящихся с олигархических рук).

Итак, олигархи, таким образом, а) заставляют весь прочий «народ» играть по их правилам, при этом, б) имея вполне реальную возможность сами же эти «правила» то и дело переписывать «под себя», оказываясь, в) тем самым, в постоянном «выигрыше», а все прочие – в заведомом проигрыше.

В итоге, либерализм жёстко разделяет людей на «успешных избранных» («плутократов» разного порядка) и «неудачников» (большинство); причём, вся власть тут, априори, отдаётся «избранным», по определению; они – манипуляторы, они «сильненькие», у них деньги, у них все «права». У «неудачников» же – ничего подобного нет и в помине, ибо нет главной магической, здесь, сущности – денег.

Либерализм – власть «избранных», «успешных». Демократия же (античная классическая) – власть социальных «низов»; т.е., в терминологии и картине мира «либерализма», – «неудачников».

Т.е. «либеральная демократия» – это, получается, противоречие в определении. Банальное жонглирование терминами.

Впрочем, ведь и та самая античная классическая «демократия», как её трактовали и Платон и Аристотель, тоже есть именно власть черни… манипулируемой демагогами.

И действительно, сама по себе чернь (толпа; у античных мыслителей «демократия» и «охлократия» («власть толпы») – вполне перетекающие друг в друга понятия) вряд ли может реализовать, как таковая и из себя, некую власть, вряд ли может установить некий порядок; она – может, скорее, нести с собой лишь хаос; и лишь «управляемая» стоящими у неё за спиной «демагогами», она что-то такое вроде как и создает («демократия»). Так что, в действительности, правит тут не, собственно, «чернь» («толпа»), а – кто-то остающийся в её тени; обыкновенно – это всё те же олигархи, покупающие себе «демагогов».

А ведь это и есть современная «либеральная демократия». Т.е. власть Крупного Капитала, манипулирующего массами отчуждённых «индивидов».

И в этом, наверное, единственное сходство нынешней «демократии» с классической античной. Только сегодня уровень подобной манипуляции («зомбирования») несравнимо выше.

Дополнительно, обращу внимание на то, что само понятие «либеральной демократии» оказывается весьма «удачным» для подобной манипуляции. Дело в том, что слово «либеральный» само по себе весьма двусмысленно.

«Либеральный», в обыденном смысле (1), это человек – «мягкий», «гуманный», «любящий свободу», многое позволяющий людям, относящийся к ним снисходительно, «по доброму». «Либеральный» же, как политическое и экономическое понятие (2), предполагает, напротив, жёсткую эксплуатацию человека человеком, жёсткое разделение людей на «избранных» и «прочих» (т.е. тех, у кого есть большие деньги, и у кого их нет); т.е. «либеральный» во «втором случае» – полная противоположность «либеральному» в «первом случае». И этот нюанс надо чётко удерживать. Иначе, в противном случае, мы то и дело будем оказываться, – как, впрочем, и оказываемся постоянно ныне, – ловко обманутыми лукавыми манипуляторами, мошеннически подменяющими понятия; точнее, даже, не понятия, а – играя на разных значениях одного понятия («либеральный»).

Вот, и в слове «либеральная демократия» человек прежде всего слышит «первый» смысл, и предполагает, что это – некая «свободная демократия», такая «демократия», где к тебе отнесутся по-человечески, по-доброму. Ан нет, к вящему удивлению обывателя, всё тут оказывается, на поверку, совсем не таким, как он ожидал! – Но в то же время, лукавые манипуляторы «общественным мнением» всегда здесь могут сказать, что это он сам виноват, сам обманулся, а они говорили ему именно то, что говорили, и надо, мол, только всё понимать в «правильном» смысле.

Я не буду тут даже лишний раз упоминать о том, что и Платон, и Аристотель, т.е. «классики», определившие то, что есть «демократия», оба, полагали «демократию» отнюдь не «правильным», не «хорошим» типом организации власти.

В дополнение, замечу, что названное мною «народовластием», по своей сути, весьма близко стоит к аристотелевской «политии» (буквально, «обществу»), т.е. к тому «правильному» и вполне «хорошему» типу правления, при котором власть в государстве (в обществе) определяет, действительно, народ (как я его определил), т.е. – носители общественного этоса, весьма ответственные за общество в целом, люди, коих, в данном обществе оказалось, большинство.

Однако аристотелевская «полития», это, в принципе, не то, что называется «демократией». Это совсем, принципиально, другое. И там и тут – власть вроде как у большинства; однако это большинство, по сути своей, есть очень разное «большинство». При «политии», это – люди радеющие за общество в целом, социально ответственные; при «демократии» – это эгоистически настроенные представители черни-большинства, каждому из которых глубоко безразлично общество в целом, и каждый из которых стремится реализовать сугубо шкурный свой интерес (вполне, как «массовые индивиды» при нынешней «либеральной демократии»).

В завершение рассуждения о «демократии», припомню такое широко распространённое высказывание, приписываемое Черчиллю, о том, что, мол, демократия – плохая форма правления, однако человечество ничего лучше, дескать, не придумало.

У меня тут сразу появляется несколько вопросов. Во-первых, какая тут «демократия» имеется  виду? Классическая античная или нынешняя, которая, как мы видим, никакого реального отношения к, собственно, классической «демократии» не имеет?

Во-вторых, это говорит, вроде как, У. Черчилль – премьер министр государства монархического (!); все слова о том, что эта (английская) монархия есть лишь «витрина» – сами являются лишь лукавым «прикрытием» и перевиранием реального положения дел. Это – олигархическая монархия. Где реальная власть принадлежит высшей олигархии, тесно переплетённой с соответствующей «королевской элитой». Английский же «парламентаризм» – это своего рода смесь спортивного соревнования и театрального действа, этакое политическое реалити-шоу, причём вполне по заданному сценарию.

Или, высказываясь подобным образом, г-н Черчилль мечтал о том, чтобы в Великобритании сменился государственный строй?...

 

Литература

1.Аристотель Этика. Политика. Риторика. Поэтика. Категории. – Минск, 1998.

2.Васильев Г.Е. Русская историология. Книга 1. До Куликова поля. – М., 2014.

3.Васильев Г.Е. Ловитва Левиафана. Фаустовский человек сквозь призму учения Гоббса о государстве // Человек: сущность и существование. Проблема человека в западноевропейской философии. – М., 2008.

4.Гумилев Л.Н. Этногенез и биосфера земли. – М., 1993.

5.Кара-Мурза С.Г. Манипуляция сознанием. – М., 2002.

6.Кара-Мурза С.Г. Потерянный разум. – М.: 2005

7.Конфуций Луньюй. Изречения. – М., 2003.

8.De conspiratione. О заговоре. – М., 2013.

9.Платон Государство // Соч. в 4-х тт., т. 3. – М., 1994.

10.Победоносцев К.П. Великая ложь нашего времени. – М., 2008.

11.Тихомиров Л.А. Монархическая государственность. – М, 1998.

         

Категория: Мои статьи | Добавил: defaultNick (23.11.2015)
Просмотров: 67 | Теги: этос, народ как источник власти, демократия, этнос, народ
Всего комментариев: 0
Поиск
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz

  • Copyright MyCorp © 2017
    Бесплатный конструктор сайтов - uCoz