Глеб Васильев /Негин/
Меню сайта
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа
Главная » 2012 » Май » 17 » Новая опричнина. Продолжение
16:58
Новая опричнина. Продолжение

Увы, но в России, по определённым причинам, имеет место явная тенденция к вырождению элиты, к отрицательному отбору в неё; что мы наблюдали и в царские времена, и в советские, и в нынешние, – в итоге закономерно приводящая к разрушению государства.[1] Эта элита, – условно можно назвать её «олигархией», имея в виду даже не сугубо «денежные» критерии отбора в неё, но критерии принадлежности к власти (что у нас особенно важно), «власти немногих», – ныне почти тотально ориентирована на Запад, есть элита западническая, её «сокровища» находятся, как «кащеевы иглы», в Западных оффшорах-банках, и себя она хочет отождествлять с Западом, и своё будущее она связывает отнюдь не с Россией, а с Западом. Но с другой стороны, эта сегодняшняя элита, сложившаяся в позднюю советскую эпоху (высшая партийная и «службистская» элита-номенклатура) и окончательно оформившаяся в период «реформ» 1990-х гг., хапнув советскую собственность, а по большей части просто продав, сдав эту советскую собственность, как и всю страну, в пользование Западных ТНК и Финансовым Воротилам, ныне всё же в себе основательно расколота. И этот раскол, в частности, выразился в «болотно-оранжистских» либерастических акциях зимы-весны 2012-го г.

Одна часть этой элиты, западнически ориентированная, предполагает и дальше использовать Россию как своего донора, но с условием сохранения её как целого и как имеющую определённую государственность, хоть и лишённую полного суверенитета, в качестве полуколонии Запада, его сырьевого придатка и рынка сбыта (финансовая система, система массовой информации, образовательная система – ныне в России суть колониальные, обеспечивающие контроль Метрополии (США-Великобритании) над оной полуколонией-Россией и обеспечивающие её неразвитие); и всё это зиждется на бессмысленной иллюзии и мечте наших «элитариев» «жить как на Западе», «как живёт просвещённое демократическое человечество», в тщетной надежде быть впущенными в «золотой миллиард»; это – так называемая «пропутинская элита». Другая часть, по-видимому, не менее значительная на сегодня, аналогично держащая свои «сокровища» и недвижимость на Западе, тем более нисколько не отождествляет себя с Россией, с её «исторической судьбой», а, напротив, страдает явной русофобией и пользует Россию опять-таки лишь в качестве донора, но только уже такого «донора», которого «совсем не жалко»; Россия в их представлениях – это исконно «тоталитарная» варварская территория, исторический плеоназм и ошибка природы, которую нужно расчленить эдак ещё на десяток «суверенных государств», сиречь полных колоний «западных инвесторов», и отдать в полное пользование ТНК и Финансовым Сильным мира сего; «русская культура» для них – не культура, а недоразумение, посмешище; «русский народ» для них – «быдло и анчоусы»; а самих себя они именуют гордо «либералами»; это – так называемое «крайне либеральное крыло Кремля».

Как я уже сказал, элита, в России, впрочем, как и в мире, но в России это особо ярко заметно, сегодня быстро развращается, деградирует; и нынешний народ России, невзирая на всё сегодняшнее неприкрытое его оболванивание и целенаправленное одебиливание, всё равно, в основной своей массе, в целом, по своему культурному, нравственному уровню, стоит много выше нынешней так называемой «либеральной элиты». Народ, в мерзости своего нынешнего падения, всё ещё чувствует эту самую мерзость свою и падение, а «элита» – ничуть, уже напрочь утратила это чувство исторического стыда, чувство нравственной реальности, тем более раздуваясь в своём самодовольном топ-менеджерском потребительском паразитическом безумии, тем самым только всё дальше и дальше отрываясь от «российской реальности».

В определённой, даже значительной, степени нынешнее противостояние «российской» элиты и народа, элиты и страны в целом, имеют своими корнями «петровские реформы», итогом которых случился псевдоморфоз, культурный и государственный, как я это называю – чужеподобие.

Пётр I, в принципе, осуществлял нечто противоположное тому, что делал Иван Грозный, хотя, по методам, нечто вроде как и похожее, а именно: если Грозный, в противовес уже существующей олигархической боярско-княжеской элите, опирался в своей реформе на простой народ, – пытаясь, в определенном плане, осуществить идеал «народного самодержавия», – то Пётр, напротив, создавал такую новую элиту, которую можно с натяжкой назвать квазиопричниной, которую он как раз и противопоставлял как уже и существующей боярской олигархической элите, так и, главное, народу, – осуществлял, с соответствующими изменениями, Западную модель абсолютизма, обращая народ в реальное быдло и сгибая его «в бараний рог». И именно петровская квазиопричнина, установив культурный и социальный раскол между «низами», народом, обрекая народ на бесперспективное прозябание и неразвитие, на деградацию, и «верхами», «птенцами-кукушатами» в русском гнезде, принципиально оторвала последних от народа, ещё и специфически отобранных (как раз на основании их отчуждённости от народа) и алчно ориентированных на Запад, и, тем самым, аналогично, обрекла их на нравственное вырождение и паразитизм, оторванных от корней, от русской культурной почвы.

Посему, кстати, с одной стороны, петровская реформа и случилась для России много более кровавой и разорительной, нежели реформа Ивана Грозного (на порядки!), но, с другой стороны, «петровская реформа» оттого-то зачастую и превозносится в «нашей» историографии, а «грозненская», напротив, гнобится, невзирая на исторические факты и реалии, что Западу она оказалась довольно выгодна, и, напротив, ему крайне невыгодна была «реформа Ивана IV» (зато мы, дурачки, «знаем» теперь массу «исторических» мифов-стереотипов, в отношении Петра – больше положительных, а в отношении Ивана Грозного – крайне отрицательных)[2]. Но главная беда-последствие петровских преобразований – создание нового общественного слоя, «новой элиты», безнадёжно оторванной от народа, от России, живущей западническими иллюзиями и, зачастую, ведущими паразитический образ жизни; а лучшая часть этой элиты, искренне служа Отечеству, мучительно и сложно ищет пути возвращения к своим истокам, к своей исконной культурной почве, – но всё это уже через морок и пропасть кардинального культурного раскола, чужебесия-чужеподобия, избавляясь, столь же мучительно и сложно, от бесперспективных и самоубийственных западнических иллюзий и стереотипов (в том числе и стереотипов о «русской истории»). Но это – лучшая часть этой «элиты». А большая часть, можно даже сказать, её большинство, никуда не «возвращается» и не «мучается», а – банально паразитируют на стране и её народе, служит «агентами влияния» иностранных держав, заставляет Россию участвовать, зачастую в огромный ущерб русским интересам, в «большой европейской политике», оплачивая русской кровью интересы европейских королей и корольков, гнобит русский народ и т.д.

Нынешняя российская «элита», почти полностью, с соответствующими изменениями, унаследовала это безобразие европейничанья (по Данилевскому), чужеподобия-чужебесия «элиты» послепетровской (начавшей массовый вывоз российских богатств в европейские «оффшоры-закрома»), – паче того, учитывая, что сегодня, после 1991-го г., Россия реально полуколония Запада.[3]

Ивану Грозному пришлось столкнуться, развивая и поднимая своё государство, с особо бурно начавшейся европейской экспансией. И до него Русское государство сталкивалось с европейской экспансией, – вспомним хотя бы битвы князя Александра Невского со шведами и тевтонами, – но именно во времена правления царя Ивана IV эта экспансия приобрела особо яростный характер. Конец XV - XVI вв. – эпоха «великих географических открытий»; и чего бы где европейцы ни «открывали», везде они «закрывали» местные народы. Начало XVI века – начало европейской экспансии в Америку, сопровождаемое уничтожением и террором местных народов; это время европейской экспансии в Азию, вдоль побережья Индийского, а потом и Тихого океанов, сопровождаемой аналогичными «гуманитарными акциями». Причём, надо заметить, что те же «восточные» народы, – арабы, индусы, китайцы и пр., – зачастую по уровню своего культурного развития, уровня образования и даже в техническом отношении в те времена превосходили европейцев; европейцы, захватывая их и побеждая, «неся бремя общечеловеческой цивилизации», брали своей нахрапистостью, особой наглостью, агрессивностью, шокируя подобным «стилем» поведения даже местные народы, тоже, разумеется, по-своему жестокие, не чуравшиеся кровавых акций, но у европейских «цивилизаторов» все эти вещи, осуществляемые с крайним цинизмом и лицемерием, просто зашкаливали.

Фаустовский, западноевропейский человек по своему складу, поведенческому стереотипу, крайне, если угодно, экстравертирован; прафеномен его бытия – это «воля», воля к власти; Данилевский это называл «насильственностью» (Gewaltsamkeit). Уровень пассионарности европейцев в то время был ещё достаточно высок (завершалась акматическая стадия европейского этногенеза), пассионарии разбрасывались на окраины ойкумены, раздвигая границы этой самой ойкумены, известного европейцам мира. Мировая экспансия-глобализация, если угодно, заложена в самом культурном типе, прафеномене Западного человека, в сути его мироотношения.

К слову, русские отрыли для себя ту же Англию еще в 1480-м году – приплыли туда; англичане же, «в поисках Индии», заплыли в Белое море лишь в 1553-м году (Ченслер и К˚) и – «открыли», хе-хе, Московию-Россию. Русский царь радушно принял их, дал даже эксклюзивные права торговли, осуществления транзита-перевозки товаров с Востока в Европу, в Англию, разрешил открыть «Ост-Московскую К˚» (хе-хе), – однако англичане-европейцы, по своему обыкновению, вскоре банально обнаглели, оборзели, стали диктовать цены, свои правила, пытаться стать «владычицей морской» и в отношении русских: в общем, стандартный набор европейского захвата рынков и стран, с последующей выкачкой ресурсов, вырезанием населения и выжиманием соков. – А Иван-царь, нет, даже не «прикрыл» их, а лишь прижал «лавочку», – и европейцы-англичане ответили отравлением царицы (Марии Темрюковны) и, главное, раздуванием разного рода пиар-страшилок о России и её «безумном» царе-кровопийце, посмевшем что-то вякать против «просвещённых англичан». И это лишь один, частный случай. Не говоря уж о всё более настойчивой в то время папской католической экспансии, сопровождаемой постоянно то наглыми требованиями, то откровенным шантажом, то элементарным соблазном и попытками подкупа относительно приобщения русских к «общечеловеческим ценностям», т.е. навязывая всё ту же «унию», признание власти папы; не чураясь и экспортом разного рода «оранжевых» «ересей» (взять хотя бы ту же ересь «жидовствующих», экспортированную с Запада и подавленную дедом Ивана IV Иваном III, но тлевшую ещё и в правление Грозного).

А в пору подобного рода европейской-католической экспансии, обычное русское мягкое (особенно, в сравнении с европейским), в чём-то даже пофигистичное, отношение к «людским слабостям и шалостям», если  так можно выразиться, к привычному «любопредательству» или «ереси» того или иного «боярина-элитария», теперь становится особо опасным и чреватым распадом страны, гибелью русского народа, распадом его исторической идентичности. И то, что русский царь Иван Васильевич Грозный придумывает, в сложившейся ситуации, такую вещь как Опричнина – это характеризует его, действительно, как очень умного человека.

Кстати, современный историк-критикан Ивана Грозного, бездумно пережёвывающий бытующие европейские, внедрённые в массовое интеллигентское сознание, стереотипы о «кровавом Иване Грозном» и «тоталитарности русской истории», ни на что подобное (так!), на подобный творческий подход к управлению, неспособен, в принципе, в силу своей интеллектуальной ограниченности и отсутствия реального творческого начала.

Управленческое нововведение («инновация»[4]) Ивана IV – опричнина, как я уже сказал, по-видимому, и, в принципе, верно, предполагалось как временная мера; своего рода «антикризисная модель»; а после вычищения крамолы, введения государственной системы в здоровое состояние, Опричнина должна была быть «реформирована обратно», преобразована в несколько иную организационную управленческую систему, с несколько иными уже правилами и полномочиями.

Но тут есть, конечно, свои проблемы. И я сейчас поясню, какие.

Напрашивается, пусть и отдалённая, аналогия с «коммунистической партией», – специфической управленческой «системой» в государственной системе, оказавшейся способной вытащить страну из ситуации революционного и военного кризиса (февральская-октябрьская революции, гражданская война, потом – первые пятилетки, затем – Великая Отечественная Война), осуществлявшей в тяжелейших, экстремальных условиях функции «неформального» «антикризисного» управления. Другое дело, конечно, что коммунистическая партия была изначально создана и вскормлена английской разведкой с совершенно иными целями (как, впрочем, и почти все прочие «социалистические» и «либеральные» партии в России той поры), а именно – с целями расшатывания изнутри и разрушения Российской Империи как геополитического конкурента Англии; и существовала оная партия на английские и американские (уолл-стритовские) денежки; но парадокс истории в том, что взяв рушившуюся власть в России в свои руки, именно партия большевиков стала вынуждена укреплять новую, свою, государственную власть и собирать рассыпающуюся страну, вопреки всем своим изначальным проектам, целям и логикам. – Тут сыграли свою роль и личные субъективные факторы: сперва личный коммунистический фанатизм Ленина, ухватившегося за свой (немыслимый!) исторический шанс, и в то же время хорошо понимавшего, что ему «долго не жить» «столь много знающему», если он, осуществив план разрушения страны, элементарно, как оно предполагалось, смоется в «аргентины»; а потом – и личные качества Сталина, его государственный управленческий ум и талант, помноженные на неуёмную его жажду-идею Справедливости, Справедливого общества; да, плюс к тому, и объективные обстоятельства, т.е. занятость крупнейших мировых держав-игроков в своих разборках конца мировой войны, – что и позволило тому же Ленину, поведшему свою Игру, ловко лавировать между Англией и Германией. – Так вот, коммунистическая партия-опричнина была, изначально, собрана по отрицательному принципу по отношению к России, к русской государственности, но даже таким образом собранная, она сумела, ведомая сперва «царём-Лениным», а потом «самодержцем-Сталиным», со всеми своими внутренними противоречиями и разборками (между группами «Троцкого», «Свердлова» и «Ленина», а потом – «Троцкого» и «Сталина»), вопреки тем планам и целям, ради которых создавалась, вывести страну из катастрофической-кризисной ситуации (революции, две войны, «первые пятилетки», индустриальная гонка, на износ, с геополитическими партнёрами-противниками). Но вот потом, когда, по-видимому, реальная перспектива насильственной смерти (от рук своих англосаксонских «создателей», а теперь, вот, партнёров-противников), с созданием «ядерной бомбы» и ощущением своей реальной силы, победив в Войне, как-то отпала, то партия-опричнина, в большинстве своей «элиты», элементарно переродилась-обратилась, выродилась в государственного паразита, в безответственных, но желающих «хорошо жить и жрать» советских «бояр-номеклатурщиков».

Вот тут-то её и нужно было «прикрыть», преобразовать-реформировать в нечто иное, менее значимое и полномочное, – что, в принципе, и попытался сделать Сталин (конец 1952-го г.), «царь»: отстранить партию от власти; но чего ему эта партийная номенклатура совершить не дала: и убила-отравила царя. И стала сама, «олигархически», править. Со всеми отсюда вытекающими крайне негативными последствиями – распадом страны в 1991-м году, с последующими «реформами», сиречь, по сути, присвоением, для собственного «вдоволь житья-жрачки», советской (народной!) социалистической собственности, обратившись в «бизнесменов» и «олигархов».

(продолжение следует)



[1] Потому что Запад – крайне соблазнителен для наших «элитариев»; там – хлеба, «сладкая жизнь», лучше климат и пр., а теперь ещё и «мировые деньги печатают»; так что «измены» наших  «элитариев»  вполне тут логичны.

[2] Кстати, совершенно несвойственный русским обычай массовых казней, паче в виде шоу-зрелища, Пётр тоже «привёз» из «просвещённой Европы»; впрочем, оный «обычай» у нас не прижился.

[3] Дед Ивана IV Иван III окончательно снял с России «монголо-татарское иго», а наши Куликовская битва и Стояние на Угре, судя по всему, ещё впереди.

[4] Впрочем, предпочитаю не использовать подобного рода «иностранизмы», поскольку они зачастую лишь запутывают, часто целенаправленно и злонамеренно, смысл; все говорят, вот, ныне от «инновациях», но мало кто понимает, что это такое; а по-русски, просто: открытие и внедрение чего-то качественно нового, эффективного.

Просмотров: 247 | Добавил: defaultNick
Всего комментариев: 0
Поиск
Календарь
«  Май 2012  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz

  • Copyright MyCorp © 2017
    Бесплатный конструктор сайтов - uCoz